Обзор с премии Кандинского в области современного искусства

74        0        FB 0      VK 0
15.12.10    ТЕКСТ: 

9 декабря состоялось очередное награждение номинантов престижной премии Кандинского в области современного искусства. Это обычно пафосное мероприятие в этом году прозвучало довольно скромно.
Проходила церемония не на Рублевке, а в Центральном доме художника.
Гости в вечерних туалетах, попадая в холл здания, где еще не успели убрать специально выстроенную стойку-кухню для кулинарной части non/fiction, целеустремленно продвигались от гардероба на второй этаж. Но там их ожидало разочарование: попав в пустоту, приходилось возвращаться на первый этаж – и еще ниже, так как мероприятие перенесли в полуподвальное помещение сразу слева от входа.
Дизайн для церемонии был разработан художником Игорем Гуровичем – он придумал хитрую подвеску, прикрепленную к потолку: сетчатые полотна, на которых отражался текст, идущий с экрана на сцене.

После приглашения в зал церемонию долго не начинали по причине затянувшегося совещания членов жюри, в состав которого входили искусствоведы Евгений Барабанов, Александр Боровский, Тим Марлоу (Великобритания), Алла Розенфельд (США), Ольга Свиблова, Роберт Сторр (США) и Василий Церетели. Тот факт, что они никак не могли принять окончательного решения, лишь придал остроты для светской беседы гостей.
Началось все со вспышек – мелькающих на экране картинок с изображением знаковых событий в российском искусстве за прошедший год. Вспомнили открывшую год России-Франции выставку Пикассо, отметили архитектурный проект Ильи Осколкова-Ценципера – институт Strelka, прошедший в ГЦСИ фестиваль памяти Д.А. Пригова, не остались без внимания суд над Самодуровым и Ерофеевым и знаменитая акция «Войны» на Литейном мосту.

Затем на сцене появился жизнерадостный Тим Марлоу, арт-директор галереи White Cube и завел пятнадцатиминутную речь о неизбежности «размывания границ между художниками и действительностью», завершив свое выступление призывом к открытому диалогу искусства со зрителем вне системы музеев и рыночных отношений. После долгой лекции он, наконец, объявил победителей в номинации «Молодой художник. Проект года».

На это звание претендовали: Татьяна Ахметгалиева, группа Recycle (Андрей Блохин и Георгий Кузнецов) и Таисия Короткова. По признанию самого Марлоу, выбор одной кандидатуры дался жюри крайне тяжело: «дебаты по поводу чемпионата мира по футболу показались мне вечеринкой по сравнению с нашими спорами». В результате впервые номинацию решили разделить между двумя участниками, а Татьяна Ахметгалиева со своими чудными портретами, связанными друг с другом красными нитями, оказалась не у дел, хотя ее проникновенный видео-рассказ о родной Сибири, где для нее «место силы», оставил очень теплое и приятное впечатление.

Однако жюри отдали предпочтение работам Recycle: витражи с героями американских комиксов и мусорный бак с узнаваемой сценой «Тайной вечери» (правда, герои у современных авторов далеко не «леонардовские»), а также серии картин Таисии Коротковой, наглядно изобразившей конвейер по искусственному воспроизводству детей. Темы, волнующие молодых художников (вторичная переработка, общество, в котором все запланировано, в том числе и деторождаемость), безусловно, актуальны сегодня, но как-то это далеко не ново, где-то это было уже написано и не раз… Речи номинантов показались даже как-то чересчур «актуальными». Короткова, например, пожелала прекращения судебных процессов над художниками и скорейшей реставрации ЦДХ, памятника московского модернизма.

После столь сознательных молодых художников на сцене появился Лев Рубинштейн и прочитал свои стихи под музыкальное сопровождение Алексея Айги. Вслушиваясь в речевой поток, приходилось спотыкаться о камни слов о том, что «может быть после может быть» и что «может быть после слова нет», как можно определить событие, если его нельзя угадать… А в ответ на «чтобы оживить мертвеца, нужно его убить» в зале кто-то крикнул «Пригов». Вдруг подумалось: как-то все слишком нарочито-серьезно и очень предсказуемо-ожидаемо, где же интрига? Пришлось набраться терпения.

На сцене Ольга Свиблова, вручающая «самую загадочную» номинацию – «Медиапроект года». Арт-сообщество до сих пор не разобралось, что же есть медиа, если сегодня любой актуальный художник не обходится в своих проектах без него. Номинанты: Дмитрий Булыгин, Глеб Косоруков и Андрей Блажнов. Победитель: Андрей Блажнов. На видео две непересекающиеся линии – рельсы, снятые сверху и две скрещенные руки пассажира, снятые крупным планом. Ощущение движения есть, но вот куда? Конкретная точка прибытия неважна, важен процесс жития, и это ощущение жизни и передал Блажнов, сумев поймать бесконечный и в то же время столь короткий момент движения, ведь «никто не знает, что с нами будет через три минуты».

В конце все же не обошлось без небольшой интриги организаторов. Почетный гость директор фонда Соломона Гуггенхайма Ричард Армстронг уже был готов объявить имя победителя в главной номинации «Проект года»… В эту секунду в зале погас свет, зрители замерли в ожидании, — и на сцену выскочил Алексей Айги, задавший сложный ритм в духе Кейджа. Зал ту же подхватил ритм, к нему подключился оркестр. Мини-перформанс явно смутил пожилого и почтенного Армстронга, заявившего, что «в России не успеешь оглянуться, как становишься участником арт-сцены». Напряжение в темноте возрастало, катарсисом явилось объявление имени победителя Александра Бродского с его «Дорогой». Видимо, тема путешествия, движения, трясущихся в поезде рук и сотрясающихся стаканчиков с чаем не смогли оставить равнодушными членов жюри, со скоростью света колесящих по миру.

«Ощущение одновременно тревоги и успокоения в момент начала движения поезда» – вот, что сподвигло Бродского на создание инсталляции. Однако он был сильно удивлен победе – тому, что его «стаканчики неожиданно прозвучали». Художник был немногословен, поблагодарил жюри и номинированных коллег. Среди них Наталья Турнова с серией почти абстрактных «страшных» портретов современников – «уродов», как говорит она сама. Аладдин Гарунов со своей серией работ «Зикр», имеющей сложную символико-религиозную подоплеку. Смыслом этой серии тоже явилось изучение сложного движения, ритмов и пластики слов на основе религиозных образов. Тем не менее, побеждают сильнейшие.

Можно сделать вывод, что жюри в этом году выбрало тех, кто наиболее полно и художественно смог отразить актуальные и, в общем-то, вечные проблемы: поиск себя в этом мире через искусство, изучение собственных внутренних ощущений, проблемы идентичности и уникальности человеческой жизни. Однако сама церемония показалась слишком заунывно-серьезной, без неожиданностей и какой-либо витальной энергии.

Добавить комментарий

Новости

+
+

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.