Интервью с Дарьей Пархоменко

194        0        FB 0      VK 0
01.11.11    ТЕКСТ: 

Диалог искусства и науки

Проблема взаимоотношений науки и искусства интересует человека с того момента, как он дал определения этим двум понятиям. Античные философы занимались формированием категориального аппарата современной науки. Именно философы выявляли основные черты научного знания и их отличия от области искусства. Искусство традиционно понималось лишь как производство вещей (или произведений), тогда как наука поднимала глобальные вопросы мироздания. Сегодня современное искусство стремится занять место философии, превратившись в лакмусовую бумажку или барометр, чутко реагирующий на все изменения в политической, социальной, духовной жизни общества. Современный художник подобно античному мыслителю готов изучать вопросы бытия, и как врач он всегда готов поставить диагноз. В то же время для людей, занимающихся современной наукой, к примеру, исследованием работы мозга, процесс творчества представляет большой исследовательский интерес. Творческий импульс является первопричиной как художественного произведения, так и научного открытия. В голове ученого и художника происходит идентичный эмоциональный «сбой». Нейрофизиолог Наталья Бехтерева доказала, что механизмы творческой активности невозможны вне состояния процесса «детекции ошибок», когда в мозгу оптимизируются различные виды эмоций.
Свой художественно-научный эксперимент на эту тему провели в LABORATORIA Art&Science Space – первая и пока единственная в России организация, специализирующаяся на исследовании взаимодействия современного искусства и науки. Куратор Дарья Пархоменко предложила современным художникам принять участие в изучении работы мозга, а ученым Курчатовского института поразмышлять над вопросом «что есть творчество». Так родился проект-взаимодействие людей научного и художественного склада ума. Как проходил этот эксперимент, и к каким выводам пришли участники проекта, узнал корреспондент aroundart.

Мария Калашникова: Ваш проект называется «ВНЕДРЕНИЕ», почему? Вы имели в виду такое взаимовнедрение/всматривание друг в друга приглашенных на проект ученых и художников?

Дарья Пархоменко: Главный вопрос проекта ВНЕДРЕНИЕ: можно ли внедрить искусство в науку, а науку – в искусство? Наше ВНЕДРЕНИЕ – это «внедрение» в мозг, в актуальные проблемы исследования границ сознания, структуры памяти, управляемости поведением, механизмов высшей нервной деятельности. Также ВНЕДРЕНИЕ – это фактическое включение художников в работу научных лабораторий НБИК-центра Курчатовского института.

М.К.: Расскажите, пожалуйста, поподробнее, как происходило взаимодействие ученых и художников? Диалог состоялся?

Д.П.: Сначала мы ходили на экскурсии в лаборатории отдела нейронаук Курчатовского института, знакомились с учеными и их работой. Затем они приходили к нам в LABORATORIA, здесь художники показывали свои творческие разработки, завоевывали доверие настороженных ученых. Были и общие и частные встречи. После того как «растопили лед» и у художников сложилось представление о деятельности ученых, на коллективной встрече в LAB художники представили свои идеи (одним из критериев для участия в проекте было – сотрудничество с учеными). Вот, например, характерный диалог художника Сергея Шутова и нейробиолога Константина Анохина. Сережа предложил сделать экспериментальный проект с крысами: поставить в лабиринте плазменный экран и показывать крысам их сородича, но не вожака, а совсем наоборот – самого слабого крысенка, и в это время отслеживать реакции животных с помощью видео. Константин Анохин предложил изменить объект исследования и провести этот эксперимент с голубями, так как у них в отличие от крыс очень хорошее зрение, и они действительно смогут реагировать на видеоизображение. Эта идея стала интересна Анохину еще потому, что в России не ведутся исследования над голубями, хотя они могут быть очень полезны для когнитивных наук. Теперь в LABORATORIA есть science art голубятня! Она сделана в виде огромной скульптуры голубя, где комфортно живут восемь пар птиц. Голубятня оборудована системой видеонаблюдения и плазмой — скоро студенты биофака МГУ начнут наблюдения за реакциями голубей на гиперстимулы, демонстрируемые на видео. Это пример более или менее дистанцированного диалога. Есть постоянная необходимость преодолевать два комплекса: художники мало чего понимают в науке, а ученые не очень заинтересованы участвовать в художественном процессе. Но постепенно эти проблемы преодолеваются, и участники понимают: «что-то» в этом есть.

М.К.: Значит, совместными усилиями работается лучше: и те и другие познают мир, но разными путями. Даша, а почему этот проект связан именно с деятельностью мозга?

Д.П.: Мозг – это общее, что есть у ученых и художников. И те и другие работают с помощью этого инструмента и не понимают, что там происходит внутри и почему.

М.К.: У вас в ходе дискуссий не возникало проблем на почве различий взглядов и форм мышления участников вроде эмоционального/рационального, художественного/теоретического?

Д.П.: Возникало. Из двадцати восьми художников, участников проекта, на финише осталось одиннадцать. Одна из задач проекта – успешная коммуникация, способность понять и услышать другого. Трудность общения заключалась в языковом барьере, использовании терминологии, а также и в другом типе ментальности, логики.

М.К.: Вы условно делите художников проекта на три группы. Первые поддерживают и продолжают форму научного эксперимента, третьи скорее отрицают возможность такого диалога. А вот про вторую группу сказано, что «они еще не имеют подтверждения научной актуальности», что это значит и кто это должен подтвердить?

Д.П.: Ученые должны подтвердить. Художник свою часть работы сделал – спровоцировал ученого. Дальше выбор ученых, подхватят они идею или нет. Художник в этом смысле воздействует на ученого, как яблоко на Ньютона. Вы же понимаете, что сделало яблоко с Ньютоном? Оно «снесло ему крышу» и Ньютон открыл закон всемирного тяготения. Шучу.

М.К.: Мне показалось из текста пресс-релиза, что в некоторых проектах участников заметна ирония или игра со зрителем, как в инсталляции Валентина Фетисова. Так это скорее художественный проект с неким познавательным опытом или все же Вы смогли дать научные ответы на какие-то вопросы?

Д.П.: Для этой ситуации критерием является не ответ, а сама постановка вопроса. Парадокс состоит в том, что поведение крыс и мышей в заданных условиях хорошо изучено. И Оля Сварник специалист в этих вопросах. Здесь, на выставке ситуация меняется: в положение крысы ставится человек. При этом версии его поведения для обнаружения выхода из той тупиковой ситуации, в которой он оказался – двери не открываются ни при каких обстоятельствах – записываются на видео. Это фактически накапливаемый объективный материал, который может быть подвержен научной обработке на основании некоторых методик, например, психологических, на основании того, что мы знаем о психике человека или в сравнении с тем, что мы знаем о поведении крыс. Интересно, что художественная интерактивность и развлекательность произведения постепенно растворяется, и уступает место его научной состоятельности как площадки эксперимента. Мое дело создавать условия, а ответы на научные вопросы дадут ученые.

М.К.: Вернусь к вопросу о третьей категории художников. Видимо, когда человек без специального образования сталкивается с необходимостью вникнуть в проблему работы мозга, то ему невольно приходит на ум вопрос, а где же душа. Собственно, не этот ли вопрос задает Андрей Кузькин в своей работе «Пустые мозги»? В пресс-релизе приведены его стихи с такой строчкой: «нам показали, что Бога нет…»

Д.П.: В лаборатории нам показали прозрачный мозг мыши, где можно видеть любые молекулы практически во всем мозге – это одно из последних достижений ученых Курчатовского института. Андрей Кузькин был потрясен, возможно, даже шокирован. Он сочинил песню «Пустые мозги», заместил научную ткань художественной, не отменяя сам объект – мозг. Вспомните, много ли стихотворений или поэтических сочинений о мозге? Только «Голова профессора Доуля», но и это опять же научна фантастика. На Иру Корину этот же прозрачный мозг мыши произвел совершенно другой эффект. В работе «Нейрон рисует нейрон» она себя в определенном смысле сделала той самой мышью, к тому же еще и рисующей. А эффекты в прозрачном мозгу мыши, возможно, отразились на прозрачном стекле, где художник зафиксировала свои мысли.

М.К.: На что может рассчитывать зритель, придя на выставку «ВНЕДРЕНИЕ», и чего Вы ожидаете от него: активной включенности в эксперимент, может быть, некой оценки вашего опыта коммуникации, отзывов, участия в семинаре?

Д.П.: Всего этого. Например, среди аспирантов и студентов биофака МГУ мы будем проводить opencall. Они смогут провести опыты с птицами на базе нашей оборудованной голубятни.

М.К.: Вы планируете еще проекты, посвященные мозгу?

Д.П.: Весной 2012 года мы с Мариной Абрамович планируем делать международный научный симпозиум, как следствие научно-художественного эксперимента «Измеряя магию взгляда», который я курировала. Симпозиум станет попыткой кристаллизации научных смыслов, которые могут проявиться изнутри художественной практики.

М.К.: Ученые, с которыми Вы сотрудничаете, участвуют в создании всех Ваших проектов?

Д.П.: У нас нет постоянной команды ученых. В проектах LABORATORIA могут принимать участие самые разные ученые. Темы постоянно меняются, поэтому меняется и круг ученых.

М.К.: А свой круг художников постепенно будет сформирован? Вы сказали, что Ирина Корина как-то прониклась совместной работой с учеными.

Д.П.: Хочется думать, что да. За последнее время я участвовала в разных международных событиях: выступала на симпозиуме в ZKM в Германии, в центре Watermill в Нью-Йорке, модерировала семинар с участием ученых в области мозга по поводу развития перформанса Марины Абрамович и переведения его в научную плоскость, была членом жюри для фестиваля технологического искусства ArsElectronica в Австрии. Это дало опыт и понимание того, что на Западе есть сформированный круг художников и есть территория, на которой они успешно функционируют. Там есть свой плодотворный контекст, у нас в России его пока нет. Поэтому конечно нужно работать с нашими художниками и учеными, развивать эту территорию. Наверное, со временем сформируется круг художников, которые будут ее понимать как свою, другие будут гостями, но главное какая энергия будет между учеными и художниками.

Материал подготовила Мария Калашникова

Добавить комментарий

Новости

+
+

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.