Сигнал «Премия»

59        0        FB 0      VK 0
09.12.12    ТЕКСТ: 
Пока в Великобритании выбирали, кому отдать Премию Тернера, в России объявили о создании новой награды в сфере современного искусства, которая должна стать альтернативой уже существующим — Премии Кандинского и «Инновации». Она называется «Сигнал» и, по замыслу организаторов, должна быть полностью независимой — от частных институций, государства и даже от арт-сообщества.«Сегодня в России на фоне полного отсутствия адекватной официальной культурной программы, вопреки реакционной политике государства происходит невероятно бурное развитие современного искусства. Расширяя поле своей деятельности, художники активно заявляют о себе в политике, посвящают себя социальной работе, выступают с резкой критикой художественных институций. Пожалуй, еще никогда в России так много не говорили и не писали о художниках. Мы считаем, что это сигнал — теперь искусство добилось того чтобы быть услышанным. Одновременно с этим невероятным успехом, в “официальном” арт-сообществе наблюдается чрезвычайная незаинтересованность, а порой и неинформированность о происходящем вокруг. Художники, в особенности функционирующие без поддержки институций и безапелляционно выступающие против системы, все больше отторгаются художественным гетто», — говорится в блоге «Сигнала» (своего сайта у них пока нет).Главная цель организаторов, активиста Дениса Мустафина и арт-оппозиционера Алексея Кнедляковского, состоит в том, чтобы учредить в стране абсолютно независимую премию, лауреатами которой могли бы стать художники, ушедшие далеко влево от любых институций, денежных источников, государственных или частных, и от арт-сообщества. «Сигнал» должен стать альтернативой частной Премии Кандинского, которая, по мнению организаторов, варится в соку арт-тусовки, и «Инновации», которая сосет денежную лапу Минкульта.

Одно из главных отличий «Сигнала» от вышеупомянутых премий состоит в том, что стать номинантом может абсолютно любой художник. Для этого ему не нужны рекомендации арт-критиков, кураторов или искусствоведов. Достаточно единственного, реализованного в 2012 году проекта, который и нужно представить организаторам. Номинировать себя на премию может как сам художник, так и любой другой человек, в том числе не имеющий к современному искусству никакого отношения. Таким образом, предполагается, что на первом этапе конкурса любое влияние арт-сообщества пресекается на корню.

[7 апреля 2011 года участники группы Война были названы победителями конкурса государственной премии «Инновация» в номинации «Произведение визуального искусства» за акцию «ХУЙ в ПЛЕНу у ФСБ» (2010). В тот момент, активисты группы Олег Воротников и Леонид Николаев находились под следствием за другую акцию — «Дворцовый переворот». Вручение государственной премии группе Война вызвало широкий резонанс и дискуссию как о допустимости подобного награждения, так и о границах современного искусства. Позже приз, составивший 400 тысяч рублей, был перечислен Войной межрегиональной правозащитной организации «Агора» — на помощь гражданским активистам и политзаключенным.]

Другое важное отличие — в деньгах. Премиальный фонд «Сигнала» состоит из пожертвований самих же номинантов. То есть одного реализованного проекта для участия все-таки недостаточно, нужны еще 2000 рублей. Их может заплатить кто угодно: сам художник, его друзья и родственники, номинировавший его человек и т.д. Но стать номинантом премии, не сделав взноса, невозможно. Алексей Кнедляковский также уточнил, что никаких дополнительных пожертвований организаторы «Сигнала» принимать не будут: «Мы ведь могли сразу пойти по пути формирования фонда из пожертвований разных лиц: написать в ЖЖ и собирать деньги со всех подряд. Но это выглядело бы, как обращение художников за помощью вовне и признание своей несамостоятельности». Кроме того, отсутствие спонсоров и частных жертвователей обеспечивает абсолютную прозрачность призового фонда, который исчисляется по простейшей формуле: «количество номинантов», умноженное на 2000 рублей. «Уже не будет возникать никаких лишних вопросов с растрачиванием пожертвованных денег, все будет прозрачно и точно», — считает Денис Мустафин. Ну и самое важное — такая схема обеспечивает независимость от любых институций, частных или государственных.

На втором этапе к работе подключается экспертное жюри: им предстоит выбрать из множества номинантов тех, кто войдет в шорт-лист премии. В жюри входят специалисты не только в области искусства, но еще музыки и кино — такие, как, например, Сэм Клебанов, президент кинопрокатной компании «Кино без границ» (это они привозили в Россию «Олдбоя», документальную «Свалку», «Вальс с Баширом», а сейчас благодаря их усилиям в прокате картина про Ай Вэйвея) и музыкальный критик Артемий Троицкий. Среди специалистов по современному искусству нет ни одного художника — таков принцип организаторов. Сомнение в этом смысле мог бы вызвать только Олег Кулик, но, как пояснил Денис Мустафин, его включили в экспертный совет, так как в последнее время он мало занимается художественными практиками: «Сейчас его воспринимают скорее как куратора». То, что остальные не художники, сомнений нет: Ирина Кулик, Евгений Митта, Александра Обухова, Алексей Сосна, Дарья Камышникова.

Однако единственного победителя будут выбирать путем голосования уже не они, а сами художники из общего числа номинантов. Получается, что обладатель главного приза будет определен фактически по гамбургскому счету — сами художники выберут лучшего из лучших.

С этой точки зрения, «Сигнал» похож на премию «Соратник», в которой денежного приза нет (первоначально он был и составлял символическую сумму в 101 доллар). 101 художник из наиболее активных в текущем году имеют право проголосовать за трех своих коллег. По итогам голосования и выбирается победитель. Главный приз этой премии хоть и не денежный, зато очень важный — признание коллег. Фактически ту же цель ставят перед собой создатели премии «Сигнал».


[Первым победителем в главной номинации Премии Кандинского «Художник года» (2007) стал Анатолий Осмоловский. На следующий год художник, как и многие другие, протестовал против награждения Алексея Беляева-Гинтовта, ставшего лауреатом в той же самой номинации, которая, правда, была переименована в «Проект года». После медийного скандала в фонде «Артхроника», учредившем премию, решили больше не рисковать. Далее основной приз получали «проверенные» художники, которые не вызывали слишком много вопросов: Вадим Захаров,Александр БродскийЮрий Альберт. На фото: работа Анатолия Осмоловского «Франция» из серии «Изделия» (2006).]

Но главное и выигрышное отличие «Сигнала» состоит как раз в том, что принять участие в конкурсе могут совсем неизвестные художники, которые по каким-то причинам не попали в поле зрения критиков и кураторов. Организаторы делают ставку на новые имена и региональных художников, которые чаще всего остаются незамеченными.

Второй плюс — денежное вознаграждение. Конечно, вряд ли оно будет исчисляться в десятках тысяч долларов, но все же. Тем более, денежный вклад самого художника или его близких показывает, что они заинтересованы в развитии российского современного искусства. Кроме того, Алексей Кнедляковский заметил, что «художник, который сделал взнос в общий котел, будет бережнее относится к своему голосу и внимательнее подойдет к вопросу голосования за победителя». А это, согласитесь, тоже немаловажно.

Если говорить о «Сигнале» шире — не только как о премии, но еще и как о явлении в мире современного русского искусства, то это, в первую очередь, попытка ее учредителей доказать, что художник может быть независимым, а художественное сообщество может самоорганизовываться и поддерживать друг друга. В такой ситуации победитель будет чувствовать ответственность перед коллегами, которые за него проголосовали. И, в этом контексте, «Сигнал» видится не как премия за заслуги, после получения которой можно немного расслабиться, а как толчок к действию, к новым проектам, которые станут своеобразным подтверждением того, что премию дали не зря.

Инициатива, безусловно, прекрасна. Но как ни крути, вопрос все равно упирается в деньги. Так, организаторы обещают провести выставку номинантов, но деньги на нее будут брать не из общего призового котла, а из неких других источников. Откуда именно, они сами пока не могут сказать.

Второй вопрос — участники. Наряду с молодыми и перспективными, на которых и делают ставку учредители премии, в конкурсе — теоретически — могут принимать участие и профессионалы, матерые и прославившиеся. Вот возьмет кто-нибудь, да и выдвинет АЕС+Ф на соискание премии «Сигнал» — глупо, смешно, ведь АЕСы не нуждаются в таких историях, но при такой системе выдвижения кандидатов и выборе победителей вполне себе возможно, что они получат приз. И если АЕС+Ф в этой ситуации выглядит совсем уж фантасмагорично, то Pussy Riot — в самый раз. Арт-сообщество их уже признало, и никаких вопросов здесь уже не должно возникнуть. Даже вышеупомянутая премия «Соратник» ушла именно к ним. Конечно, им нужны деньги — но не создавать же ради них целую премию!

Кроме того важен и размер премии, который позволит ответить на вопрос: готовы ли художники друг друга поддерживать и помогать? Но решится он только весной (конец апреля — май), когда впервые состоится вручение премии «Сигнал». Пока претендентов на ее получение нет, но дело в банальной недоработке — электронные кошельки еще не работают.


[В 1996 году шотландский художник Дуглас Гордон получил Премию Тернера за видеоинсталляцию «Исповеди грешника в свое оправдание» (1995). Он стал первым из работающих в данном медиа, кто удостоился этой премии: до него несколько видеохудожников боролись за награду, но так и не смогли совершить победный прорыв за пределы списка номинантов. В случае Гордона талант наложился на удачный контекст: к середине 90-х видео заинтересовало владельцев галерей и коллекционеров, накопился массив теоретических текстов, посвященных видеоарту и сделавших его признанным направлением в искусстве, а технологические новшества и цифровая революция способствовали популяризации видео. Фото: Courtesy of EYE Film Instituut]

Алексей Кнедляковский, организатор премии:

Идея премии витала в воздухе. Мы посчитали, что художники в состоянии не просто наградить сами себя, но привлечь к участию в этом процессе экспертов, а также собрать некий премиальный фонд. Мне кажется, что значимость такой награды будет намного выше и весомее, поскольку тебя не просто выбрали, за тебя еще и проголосовали своими деньгами. Но и ответственность повышается, потому что твои коллеги поверили в тебя, а это значит, что они ждут от тебя новых работ.

Если же смотреть на будущие результаты с другой стороны, то победителями будут так же и художники, вошедшие в шорт-лист премии. Первенство им доверят эксперты. И тут уже каждый выбирает, что для него важнее: мнение экспертов или мнение коллег по цеху.

Обычные люди могут номинировать любую работу любого художника, сделав взнос и дав ему (номинанту) тем самым право голоса. Единственное условие: работа должна быть сделана в 2012 году. Спонсоров пока не искали, и я вообще не знаю, есть ли в этом смысл. Ведь главная цель премии, как я ее вижу, это попытка самоорганизации снизу. Это важнее спонсоров и частных пожертвований. Поэтому я не очень понимаю, зачем кому-то жертвовать деньги просто так, когда можно внести взнос за того, у кого нет денег, и кого ты считаешь достойным участия?

Я, наверное, хотел бы показать и самим художникам и тем, кто интересуется искусством, что художники способны самоорганизовываться, поддерживая друг друга. Нет в стране премий, не зависящих от конъюнктуры и влияния денег, так мы сами сделаем такую премию. И позовем экспертов, практикующих именно в искусстве, а не в его продажах.

Денис Мустафин, организатор премии:

Мы с Алексеем Кнедляковским считаем, что наше время знаковое, и без сигналов обойтись нельзя. Премии, которые сейчас есть, существуют внутри арт-сообщества, в котором все варятся в собственном соку и не выходят за его границы. В экспертный совет нашей премии мы привлекли людей из других сфер — музыки и кино. Принять участие согласились Сэм Клебанов и Артемий Троицкий — знаковые люди, каждый в своей области. Мы бы хотели видеть среди наших экспертов еще и Сергея Лобана, но пока не удалось.

[В 2011 году главную премию PinchukArtCentre, которую учредил увлеченный искусством украинский магнат Виктор Пинчук, получил художник Никита Кадан, не скрывающий своих левых взглядов. Это событие вызвало бурное, долго не утихавшее обсуждение в украинском арт-сообществе. Поскольку еще задолго до объявления победителя было ясно, что нечто подобное должно случиться, Aroundart попросил тогда Николая Ридного, который также попал в список номинантов и мог оказаться в аналогичном положении, высказаться по ситуации. Фото: Фонд Виктора Пинчука © 2011, фотограф: Сергей Ильин]

Артемий Троицкий, член экспертного жюри премии:

Мне написал Алексей Кнедляковский, и мне так понравилась его фамилия, что я согласился войти в экспертный совет. Я вообще люблю современное искусство, когда-то даже был в жюри Премии им. Курехина. Так что если какие-то работы номинантов «Сигнала» мне очень понравятся, то я не просто за них проголосую, но, может быть, и куплю. Я же коллекционирую немного — у меня есть работы Пепперштейна, Виноградова и Дубоссарского, Влада Монро, Коли Копейкина. Но вообще мои взгляды нельзя назвать совсем уж современными: я предпочитаю живопись и скульптуру, в видеоарте и инсталляциях ничего не понимаю. А вообще, мои герои нынешнего года — это Pussy Riot.

Людмила Аношенкова, художник:

Я считаю, что премий должно быть больше, нужно какое-то развитие и бурление. Когда я впервые увидела информацию о премии, то это прямо считалось как альтернатива Премии Кандинского, как реакция на исключение Pussy Riot из списка ее номинантов. Тем более, что по поводу этой премии у многих возникают сомнения, у меня в том числе. Я была на выставке номинантов Премии Кандинского, и половина видео работала некорректно или не работали совсем. Где-то звук выключили, а где-то свет. Было грустное впечатление от экспозиции. И в целом, «Кандинский» похож не на премию, а на ширму, что премия у нас есть.

Что касается «Сигнала», то из анонса премии понятно, что учредители — за активистское и политическое искусство. Соответственно, я уже могу представить список номинантов за этот год, и, безусловно, главный приз нужно отдать Pussy Riot. У меня не было работ, достойных в контексте премии «Сигнал». Соответственно, в моем случае участие абсолютно бессмысленно. Единственное — да, я могу пожертвовать хорошим ребятам 2000 рублей.

Материал подготовила Елена Ищенко


Добавить комментарий

Новости

+
+
16.10.18

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.