Олег Кулик: дизайнерское убийство, или зеркало путинизма

199        0        FB 0      VK 0
23.04.13    ТЕКСТ: 

Олег Кулик — это Дэн Браун. «Черный квадрат» — «Мона Лиза». Все смешалось в галерее «Риджина»: русский авангард, тибетские рамы, Богоматерь с младенцем, пляшущие человечки, ресторанная люстра, дискотечный неон, справедливый террор, коктейль Молотова, церковные лампадки, икеевские свечки. Внешняя привлекательность, огонечки, отражения, яркие краски, простые формы, детская мозаика у Кулика, конечно, нарочно: «Здесь, действительно, есть смешение двух тем: социального активизма, попытка провокации и совершенно формального, дизайнерского убийства такого».

Дизайнерское убийство правда выглядит художническим самоубийством, такого откровенного потакания «общественному вкусу» у Кулика еще не было, — это, наверно, эксперимент. Как будто Лев Толстой после эпопеи «Войны и мира» пишет убийственную «Каренину», — Кулик после кураторской демиургической выставки «Верю» вдруг превращается в Брейвика, расстреливая все вокруг.

Ход, казалось бы, беспроигрышный. Каждый зритель найдет, чем полюбоваться, любому критику будет, о чем написать. Такая семантическая каша, расслоение и наложение смыслов (формальных, материальных, композиционных, драматургических) в какой-то момент превращается в несъедобный экстракт, кубик «Магги», блестящий и пустой энергон.

При всем богатстве отсылок, понятности замысла и окультуриванием активистских идей — в пространстве не возникает главного: ощущения. Прозрачность — любимая тема Кулика еще с 1990-х. Теперешний проект сделан «просто и крепко» — Кулику нравится слово «крепко». Но здесь Кулик где-то оказывается не первым, а где-то не лучшим, а где-то повторяет самого себя — опять же в ущерб себе. С «христианской» мозаикой работала Оксана Мась, делая из пасхальных яиц образы и объекты, бомбиста в такой же позе совсем недавно показывал Тимофей Радя на киевской «Арсенале», — и здесь Кулик сравнения не выдерживает. Оконтуривание и рамирование оказались настолько по-разному и часто представлены в последние пять лет, что прием успел «стереться», а семантика его выветриться: см. рамы Дмитрия Гутова, Анны Желудь, Анны Титовой…

Круглый стол, «Коллоквиум «Обратная сторона рамы в искусстве», состоявшийся аккурат в день рождения Олега Борисовича 15 апреля, мало что прояснил в ситуации перебора смыслов: скорее добавил. Участники заседания отсылали и объясняли. Модератор Хачатуров опоздал и дионисийствовал, отсылал к Вознесенскому «Был бы я крестным ходом… Нес бы пустую раму…» и семиотическим парадигмам Пирса: так у него вышли рамы-знаки, рамы-индексы и рамы-символы. Еще говорил, что Кулик велик и Эрику Булатову тоже понравилось, а он тоже велик. Людмила Бредихина отсылала к Розалинде Краусс («На Западе нет художника, который избежал бы символической силы крестообразных форм») и объясняла, что человек-собака-Кулик — это тоже рама, рама галерейного пространства и искусства per se. Дмитрий Гутов отсылал к Михаилу Лифшицу, описывал «общее впечатление оформления модного ночного клуба (еще один важный для Кулика культурный ареал)» и объяснял Кулика как выразителя эпохи «агонизирующего путинизма» через два аспекта сегодняшней России: бунт и добровольное рабство, ставя художника «между» ними. Гутов объяснял Кулика еще через символизм, литературщину и аллегорию как троп с элементами дауншифтинга, мистицизма и упадка. Борис Орлов — учитель и наставник Кулика — иронически отсылал к сакральному-профанному Гройса через Хармса (споткнулся о сакральное, споткнулся о профанное) и объяснял, что купол при продолжении линий объемлет весь пол галереи, что бомбист напоминает теннисистку Курникову и обрисованный мелом труп. Герман Виноградов отсылал к Чапаеву и объяснял, что «Театральное тоже сакральное, / А сакральное есть театральное». Дальше отсылал и объяснял именинник. Кулик отсылал к Беньямину и Мише Рыклину и объяснял про крепкую подвешенность, пустой центр и концептуалистские заградотряды, которые не пускают искусство назад к пластике, а загоняют в угол комментариев и отношений, — из которого видится один выход: двигаться на минные поля квадратно-гнездовым способом к свечению черной дыры.

Как-то так. При этом Кулик, отталкиваясь от концептуализма, соединяет несоединимое: пластику с активизмом (уже, увы, не собственным), становится дизайнером — что в принципе, наверное, что называется «симптоматично», а галерея превращается в королевство кривых зеркал с единственной постоянной величиной — рамами.

Материал подготовила Анна Быкова

По просьбе автора текст опубликован в авторской редакции

Фотографии: галерея «Риджина»

Добавить комментарий

Новости

+
+
22.03.20
18.08.19
28.07.19

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.