#Учеба и резиденции

Самоорганизация, «Свободные мастерские» и Школа им. А. Родченко

110        0        FB 0      VK 0

Опыт обучения современному искусству

25.07.14    ТЕКСТ: 
Школа фотографии и мультимедиа имени А.Родченко. Фото - Дмитрий Ульянов

Школа фотографии и мультимедиа ии. А. Родченко // Фото: Дмитрий Лукьянов

Студентка кафедры «Интерактивные, коммуникационные и смешанные медиа» Школы фотографии и мультимедиа им. А. Родченко Марина Руденко рассказывает о своем пути в современное искусство. 

Девять классов школы – три года колледжа (экономика и бухгалтерский учет) – четыре года в Плехановскеой академии – более 20 различных мест работы: официант, стажер в крупной аудиторской компании, бухгалтер в 5D кинотеатре, менеджер в турфирме, консультант по кредитам, оформитель воздушными шарами, маркетолог и т. д.

У каждого свой путь в искусство, который нужно пройти и понять – тебе все-таки сюда. В моем случае понимание пришло не сразу. После посещения фестиваля «Архстояние» в Никола-Ленивце, когда я осознала, что эти люди вокруг – художники/архитекторы/дизайнеры – взяли и воплотили в реальность сказку, мечту, в которой теперь сами и живут. Жить как прежде я больше не могла, нужно было все менять: в 21 год – самое оно.

Сначала пошла на журфак МГУ, на кафедру «Дизайн средств массовой информации». Первые опыты гуманитария: на потоке 10 человек (в Плешке были группы по 30), что воспринималось как индивидуальное обучение. История искусства, экскурсии по музеям и галереям, уроки рисования, занятия фотографией, походы в мастерские. В итоге я осталась там работать – дизайнером-верстальщиком, до сих пор делаю со студентами учебную газету «Журналист».

В процессе обучения я подружилась с преподавательницей по рисунку, которая закончив Строгановку, пошла вместе с мужем учиться в ИПСИ. Даша и Кеша (Дарья Чапковская и Иннокентий Шарков) – мои первые проводники в дивный новый мир. В своей мастерской на Бауманской они организовали что-то вроде курсов по современному искусству, здесь читали лекции теоретики и практики: Стас Шурипа, Антонио Джеуза, Евгения Кикодзе, Лиза Морозова, Виктор Скерсис и многие другие. Представьте, что по вечерам в подвале жилого дома собираются 10–20 человек и смотрят, например, видеоарт или переосмысляют философские вопросы семиотики. Я была не то чтобы не подготовлена к такому – не совсем уж из деревни, хоть и жила в Мытищах – но знакомство с арт-сообществом, со стабильным кругом людей, которые функционируют в сфере современного искусства, перевернуло многие мои представления.

Помню свои первые нелепейшие проекты. Даша с Кешей стойко все выслушивали, отсматривали и давали советы. У них же я стала заниматься скульптурой, рисунком и керамикой. Сейчас это пространство именуется «АртТочка», и помимо лекций раз в пол года там проводятся групповые квартирные выставки. Все происходящее там имеет семейный формат – такую искренность потом приходилось долго искать и заслуживать. Мне повезло, что с этого все началось.

Продолжилось все вхождением во внеинституциональную среду молодых художников, своего рода вариант самоорганизации. В заброшенном депо на Курской проводятся выставки без каких-либо ограничений. Любой желающий может присоединиться, необходимо просто прийти в нужное время и сделать что душе угодно – развесить свои работы, соорудить инсталляцию, спеть, показать перформарс. Подобные мероприятия проводятся уже пять лет и с каждым годом становятся все мощнее. Организовывает это дело Юра Куевда. Ввиду отсутствия какого-либо надзора, чаще всего происходит полный трэш. Художники раскрепощаются, показывают работы и перформансы, которые исполнить в галереях и музеях практически невозможно: поджигают и разжигают во всех смыслах слова, но не для провокации, а в рамках расширения личных художественных границ. Из этой самоорганизации появилось молодежное движение «АртЗахват», которое функционировало в течение нескольких лет.

Следующим этапом стала школа перформанса Марины Абрамович в Москве. Я сделала все возможное, чтобы туда попасть. Отбирали в основном танцоров и людей с хорошей физической подготовкой, мне как человеку-бревну пришлось постараться. Под надзором Марины мы провели пять дней в закрытом помещении, выполняя физические и интеллектуальные упражнения, направленные, скорее, на изменение понимания и ощущения времени. Кроме уникального опыта общения с гуру перформанса, обучение дало возможность увидеть работу такой крупной институции как ЦСИ «Гараж» изнутри – подготовку выставок, отбор, монтаж. В целом этот опыт оказался «европейским» и заложил в моем сознании основу – понимание того, как и в каких масштабах все это может и должно функционировать.

Позже я занималась в перформативных группах Лизы Морозовой. Это не менее значимый, но совершенно иной опыт – камерный и очень личный. Занятия проходят небольшим составом около 5–7 человек, их итогом становится закрытый показ, на котором с помощью перформанса каждый участник переживает важную для себя историю. Это процесс больше похож на групповую психотерапию, но на территории искусства.

Если по порядку, то после Марины Абрамович я решила поступить в школу «Свободные мастерские» при ММСИ. Собеседование прошла на ура, даже на самый сложный вопрос – про разницу между перформансом и хэппенингом – ответила без проблем. Начались систематические ежедневные занятия: история и теория искусства, философия, актуальные практики современного искусства, видеоарт, теория медиа, фотография и прочее. Важнее было другое – окружение. Сначала около 30 человек молодых, заинтересованных ребят. Кто-то только окончил художественный институт и пытался после академического образования понять, что же такое Современное искусство; много фотографов; ребята из театра, дизайна, музыкальной сферы; некоторые и вовсе не имели отношения к творческим специальностям.

В «Свободных мастерских» практически нет соперничества, все являются слушателями общего курса, но в процессе образуются компании по интересам, а к концу года многие отсеиваются, остается в лучшем случае половина. Далеко не все, с кем я когда-то была в одном потоке, функционируют сейчас в области современного искусства. Но на тех, кто остался, можно положиться. И это очень важные для меня люди.

Директор «Свободных мастерских» Дарья Камышникова выслушает, даст дельный совет, поможет с реализацией. Первым серьезным институциональным мероприятием было участие в ее кураторском проекте «Отвергнутая действительность», школьной выпускной выставке Мастерской 20’12.

Следующий этап – арт-резиденция в Никола-Ленивце, летняя школа «Жизнь Будущего», курируемая Эриком Оски, профессором архитектуры из Филадельфии. Основная тема – построение экопоселений и возможность их создания в Никола-Ленивце. Практическая часть включала упражнения по изучению пространства, зарисовки и создание общей групповой инсталляции к фестивалю «Архстояние» – лесного лабиринта из трех километров нити, который стал серьезным опытом группового взаимодействия.

Размышляя о планах на будущее и трезво оценив свои способности, я поняла, что необходимо продолжить обучение. Выбор был не велик: «Свободные мастерские» уже позади, «База» мне однозначно не подходила. Задумывалась и об ИПСИ, но остановилась на Школе фотографии и мультимедиа им. Александра Родченко. Вот почему: полное погружение и занятость (обучение 5–6 дней в неделю в дневное время), возможность бесплатного образования, строгий отбор учеников, наличие неплохой технической базы, обучение в мастерских с преподавателями, новые предметы и дисциплины, ну и, конечно, возможность выставляться-выставляться-выставляться. При выборе мастерской я остановилась на «Проектной фотографии» Владислава Ефимова, опираясь на сомнительное логическое заключение: я люблю фотографировать и у меня проектное мышление.

Для поступления необходимо было подготовить три фотосерии, приложить фотографии уже существующих проектов и при желании предоставить сопроводительное письмо. Я взяла одну фотосерию, которую сделала несколько месяцев назад, по двум остальным продумала идею, сделала эскизы/наброски и отправилась на консультацию. Каким-то чудом область моих интересов совпала с интересами мастера, я завершила работу над фотосериями и успешно прошла первый заочный тур. Личное собеседование было более сложным этапом: перед директорами, всеми мастерами и основным преподавательским составом, рассматривающим твое портфолио, фотосерии, рекомендательное и мотивационное письма, нужно было спокойно, адекватно и четко отвечать на все вопросы, которые, в свою очередь, сыпались со всех сторон. А спрашивают не стесняясь все, что придет в голову. Полагаю, это тест на вменяемость и адекватность абитуриента. Я прошла.

В первые месяцы обучения не было никаких проблем: много новых людей, предметов, знаний и неиссякаемый заряд бодрости и оптимизма. Из-за активного графика, домашних заданий и параллельной работы оставалось немного свободного времени, которое также тратилось на какие-то проекты и выставки вне школы. Я ходила чуть ли не на все предметы и с радостью выполняла задания мастера. Мои ожидания соответствовали тому, что я получила. Однако уже к концу первого учебного триместра пришло понимание того, что фотографией, пусть и проектной, область моих интересов не ограничивается. Как только начались занятия в группе «Интерактивные, коммуникационные и смешанные медиа», активно стала посещать и их, также выполняя все задания. Это совершенно нормальное явление: поступая ты еще не знаешь всех тонкостей и порой не можешь сделать адекватный выбор или стараешься охватить все, ходя на все лекции и мастер-классы. Со временем нагрузка возрастает и возникает необходимость определиться.

В течение второго триместра стало ясно, что мои взаимоотношения с мастером в группе «Проектная фотография» себя исчерпали. Мне уже было неинтересно выполнять задания, да и Влад Ефимов не испытывал особой радости от моих проектов и идей. Мой переход из одной группы в другую произошел по обоюдному согласию, хотя морально это непростой процесс. В каждой мастерской учатся 5–7 человек, между мастером и учеником действительно выстраиваются достаточно личные доверительные взаимоотношения. Нужно понимать, что тебя взяли на конкретный курс, не взяв туда кого-то еще, – желающих много.

Сейчас я себя ощущаю в полной гармонии с окружающим миром в мастерской «Интерактивные, коммуникационные и смешанные медиа» Алексея Шульгина и Аристарха Чернышева (Electroboutique). К моменту моего перехода их мастерскую тоже покинуло несколько студентов, группа состояла исключительно из студенток. Мы учились паять и самостоятельно собирать схемы, что выглядело достаточно неожиданно и, на мой взгляд, забавно. Именно таким образом и появилась на свет небезызвестная музыкальная группа #ПРИПОЙ – тоже один из экспериментальных проектов наших мастеров.

14) Новые медиа

Мастерская «Интерактивные, коммуникационные и смешанные медиа» в Школе им. Родченко

Но нужно также понимать и быть готовым к тому, что для мастера-художника ты сам являешься материалом, с которым он активно работает – что-то лепит, проводит опыты и ставит эксперименты, учится на тебе, в конце концов. Идет равноценный обмен энергией и знаниями. Но это абсолютно нормальный процесс взаимодействия.

Большáя часть времени на занятиях уходит на изучение новых технологий, освоение разнообразных материалов и способов работы с ними. Студенты разрабатывают проекты, которые потом обсуждаются в группе и с мастерами, особое внимание уделяется их реализации. Поскольку Алексей и Аристарх успешные и активные художники и кураторы, они работают со студентами и выпускниками над совместными проектами. Так, они курировали показ студенческих работ в рамках Ночи новых медиа в Никола-Ленивце, совсем недавно в кооперации с Выставочными залами Москвы открыли новую площадку – «Электромузей» в Ростокино, которая станет полем для экспериментов молодых художников.

Еще одна важная особенность обучения в Школе Родченко – это система триместровых просмотров. Учеба делится на триместры, каждый из которых заканчивается этим событием. Что оно из себя представляет? В течение недели каждая группа представляет свои проекты директорам школы, все мастерам, основному преподавательскому составу, приглашенным специалистам и большинству студентов. Прилюдно тебе необходимо показать результаты своей деятельности за триместр – выполненные задания мастера, прочие проекты и эскизы будущих работ. На словах это выглядит как простой экзамен, но на деле это непростое испытание, поскольку никто не боится задеть нежную душу художника. Говорят, что считают нужным, порой с достаточно предвзятым отношением как к человеку, так и к проекту. Часто просмотры заканчивается слезами и обидой. В такой ситуации либо ломаешься, либо учишься даже из самой негативной и неконструктивной критики извлекать что-то полезное. В любом случае, нужно научиться слышать – что задело человека и что именно он отрицает. Если же всем все нравится (бывает и такое) – делать выводы. Студенты также обязаны присутствовать на этих просмотрах и смотреть чужие проекты, даже если они этого не хотят. Нужно использовать эту возможность, чтобы получить максимальную отдачу.

В Школе также существует студсовет, на котором обсуждают процесс обучения, пытаются его оптимизировать, а потом донести свои идеи до руководства Школы. Но мне этот процесс малоинтересен.

В целом, обучение в Школе меня устраивает и после двух лет учебы я стала задумываться о дипломе. Думаю, что Школа им. Родченко не станет последней образовательной институцией на моем пути, мне хотелось бы продолжить обучение, возможно, за границей. Хочется получить опыт взаимодействия не только с российским арт-сообществом, быть открытой всему миру. Но сначала необходимо реализоваться в рамках существующей системы, чтобы потом эти границы расширять.

15) Презентация дипломного проекта Григория Сельского на открытии выставки выпускников 2014 года. Фото - пресс-центр Школы фотографии и мультимедиа имени А.Родченкоjpg

Презентация дипломных проектов выпускников Школы им. Родченко, кинотеатр «Ударник», 2014 

Добавить комментарий

Новости

+
+
25.07.17

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.