Фундаменталии модернизма: национальное подсознательное

82        1        FB 0      VK 0

Куратор XIV Архитектурной биеннале в Венеции Рэм Колхас замахнулася на переосмысление модернистского наследия. Что из этого вышло — рассказывает Анна Быкова.

23.06.14    ТЕКСТ: 

XIV Архитектурная биеннале в Венеции, 7 июня – 23 ноября, 2014

01-IMG_4550+

Куратор XIV Архитектурной биеннале в Венеции Рэм Колхас замахнулся на переосмысление модернистского наследия. Что из этого вышло — рассказывает Анна Быкова.

Архитектурная биеннале в Венеции в этом году состоялась основательная, практически ревизионистская, называлась Fundamentals. После заката постмодерна и деконструкции куратор Рэм Колхас обернулся к модернизму и предложил национальным павильонам развить единую тему «Поглощая (поглощающая?) модерность 1914–2014 / Absorbing Modernity 1914–2014», продемонстрировав процесс поглощения национальных особенностей универсалистским проектом.

Выставочный проект в Арсенале Колхас посвящает Италии: Monditalia строится на пересечении фундаментальных основ — архитектуры, кино и современного танца. В архитектурной части представлялись конкретные исследования конкретных феноменов. Экспозиция открывалась статистикой — красные манекены показывали нагрудные таблицы и графики: «Число жителей на одного архитектора», «Работа архитекторов в европейских странах — дизайн зданий, ландшафта, интерьеров, другое…» или «Клиенты архитекторов: индивидуальные, общественные, частные». Одной из первых инсталляций-исследований была традиционно-покаянная: в католической исповедальне на экране демонстрировалась модернистская архитектура Ливии, построенная итальянцами при фашистском режиме. Проект назывался «Итальянские приведения» и целью имел разоблачить «двойное преступление — колонизации и фашизма», в котором в 2009-м «исповедовался» президент Берлускони. Дальше вся левая часть анфилады Арсенала отдавалась кинематографу: на экранах, развешенных в шахматном порядке, проецировались фрагменты итальянских фильмов. Прозрачные тряпочки-занавеси с напечатанными на них старыми картами отделяли экраны от разнокалиберных сцен, на которых выступали артисты современного танца, и от собственно выставки. Выставка же продолжала ряд инсталляций — наглядных пособий по демонстрации проделанных исследований: скульптуры из соли модернистских форм размывала капающая сверху вода, крохотных человечков на лесках можно было потрогать и покачать, по тканевым пейзажам плавали тканевые лебеди и ехали тканевые велосипедистки… Сами исследования решались в семиотическом ключе: были «Театры демократии» (фотографии парламентов европейских стран), «Дискотеки в Италии с 1960-х до наших дней» (видео), «Резиденции членов мафии», «Архитектура гедонизма — виллы острова Капри» и даже «Помпеи как тайный музей и первая современная ‘порнотопия’».

Monditalia, павильон Италии на XIV Архитектурной биеннале в Венеции

В центральном павильоне Джардини Колхас открывал выставку «Архитектурные элементы», с постмодернистской одержимостью к спискам и перечислительным рядам выложив в выставочные залы с модернистским бесстрашием препарированные двери, окна, балконы, полы, потолки, унитазы, лифты, эскалаторы разных стран, культур и эпох… Национальные павильоны с заданной темой ревизии модернизма справились лучше: были действительно яркие и драматические проекты, ставящие вопросы о модернизме («Модернизм: обещание или угроза» у французов) или просто отменяющие его соответствующими проклятиями (В Латвии нет модернизма / Под пенопластом модернизм / Модернизм сексуален / Покойся с миром, модернизм / Стили – это ложь…). Были решения минималистичные и элегантные: в израильском павильоне «песочные принтеры» рисовали планы модернистских городов и зданий, в бельгийском — демонстрировали белые интерьеры с тремя белыми холодильниками. Были проекты исторические и утопические: японцы предлагали исследования стихийной архитектуры после стихийных бедствий, корейцы — альтернативные варианты гражданской и монументальной архитектуры севера и юга (павильон Южной Кореи получил Золотого льва биеннале). Чилийский павильон, получивший Серебряного, выглядел, действительно, сильнее других: в его центре стояла бетонная плита с оконным проемом завода КПД — крупнопанельного домостроения, подаренного в 1972-м Чили Советским Союзом. На одной из таких плит оставил свой автограф президент Сальвадоре Альенде (эта плита стояла перед входом на завод КПД), а после пиночетовского переворота 1973 года и краха социалистического режима стала своеобразным алтарем: в ее оконном проеме повесили католическую икону Девы Марии с младенцем.

Павильоны Южной Кореи и Чили на XIV Архитектурной биеннале в Венеции

Для модернистского проекта русский павильон, который курировал институт медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка», предложил тему «Fair Enough – Russia’s Past, our Present / Вполне справедливо. Прошлое России — наш подарок», построив внутри экспозиционного павильона множество ярмарочных стендов по продаже форм и идей. В колхасовский модернистский ХХ век кураторы Дарья Парамонова, Антон Кальгаев и Брайан МакГетрик сумели втиснуть все достижения родины: резные наличники, лежачий небоскреб, Дворец юных пионеров, московский метрополитен, советские дачи, Алексея Щусева, общественные бани, Храм Христа Спасителя, Наркомфин, Лисицкого, ВХУТЕМАС, Военторг и ВДНХ. Все эти мыслеформы продавали перформеры — архитекторы, кураторы, журналисты — рекламируя посетителям виртуальные компании с пелевинско-сорокинскими названиями — «Эстетика ЛТД», «Нью Быт Лаб», «Дача ко-оп»… Все это, видимо, должно было выглядеть ужасно — и выглядело, действительно, ужасно. Павильон наш при этом на общем фоне покаяния за модернистские преступления и/или упоения модернистским же социалистическим утопизмом выглядел оригинально и бодро: «спертый воздух» выставки в выставке «за критику коммерциализации архитектуры» удостоился даже специального упоминания жюри, возглавляемого Ремом Колхасом — преподавателем и деканом института «Стрелка», одним из авторов его образовательной модели и руководителя студии «Сохранение» (Preservation).

В программу биеннале входил и выставочный проект «IK-00. Пространства заключения» фонда «Виктория — искусство быть современным» в Каза деи Тре Очи на Джудекке. «Эта выставка — вторая в трилогии проектов в рамках/в контексте/во время биеннале архитектуры, — говорит ее куратор Катерина Чучалина. — Первый, «Шоссе Энтузиастов», был про массовое жилищное строительство, второй — про пространства ограничения, третий будет про архитектуру и войну. Это такие периферийные архитектурные территории (для некоторых ключевые — для России, например), увиденные оптикой искусства. История была задумана давно, задолго до ИК-14, Pussy Riot и проекта о тюрьме Монастырского. При этом, разумеется, проект делается в осознании нашей реальности — в первую очередь, огромного исторического опыта производства пространств заключения (естественной тюрьмы в основном, созданной ландшафтом), длящегося и по сей день (по-прежнему нет реформы, то есть тюрьмы не стали институциями, наследуют отрядную систему и прочее) и все это — при отсутствии общественного консенсуса на этот счет со всеми вытекающими последствиями». Выставка открывалась инсталляцией Давида Тер-Оганьяна со змейкой уличных ограждений, показывала интерактивную комнату заточения Валентина Фетисова, макеты американских гильотин на зеркальных подставках Сэма Дюранта, подборку книг, написанные в тюрьмах, Инес и Эяля Вайцманов… Среди работ оказывались и рисунки заключенных Гулага и картина Михаила Нестерова «Соловей поет», призванная репрезентировать просторы русского пейзажа, заполненного тюрьмами и лагерями и ставшего частью «коллективной национальной памяти».

Fair Enough – Russia’s Past, our Present, павильон России на XIV Архитектурной биеннале в Венеции

Самым удивительный проектом биеннале стала выставка Михаила Рогинского «По ту сторону красной дверью» (двери были у Колхаса), показавшая работы художника, созданные во время парижской его эмиграции (1978–2004). Проект представлял своего рода транс-модернистское измерение — Рогинский с практически годаровской (Годара показывали во французском павильоне) интонацией предупреждал зрителей по-французски: Il faut tenir compte avec la subconscience nationale – не следует забывать о национальном подсознательном.

Михаил Рогинский, «По ту сторону красной дверью»

Фотографии: Анна Быкова

Обсуждение XIV Архитектурной биеннале пройдет в Музее архитектуры им. А. В. Щусева 23 июня в 19.30

Добавить комментарий

Новости

+
+
04.12.18
19.11.18
16.10.18

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.