8-я Берлинская биеннале: прыжок в пустоту

172        0        FB 0      VK 0

Куратором нынешней биеннале стал Хуан Гайтан. Екатерина Крупенникова о том, в какую сторону он повернул выставку после радикального Артура Жмиевского и к чему это привело.

01.07.14    ТЕКСТ: 

8-я Берлинская биеннале современного искусства, Берлин, до 3 августа.

Alberto Baraya, Expedition Berlín, Herbarium of Artificial Plants, 2013–ongoing, installation view / Courtesy Alberto Baraya; Galeria Nara Roesler, São Paulo. Photo: Anders Sune Berg

Alberto Baraya, Expedition Berlín, Herbarium of Artificial Plants, 2013–ongoing, installation view / Courtesy Alberto Baraya; Galeria Nara Roesler, São Paulo. Photo: Anders Sune Berg

В конце мая открылась 8-я Берлинская биеннале современного искусства, куратором которой стал канадец Хуан А. Гайтан. О том, в какую сторону повернул выставку нынешний куратор после радикального Артура Жмиевского и к чему это привело, рассказывает Екатерина Крупенникова.

Какое удовольствие снова сесть в поезд, который уносит в долгожданное путешествие в Берлин — город, где вдыхаешь чуть глубже, улыбаешься чуть больше, грустишь чуть меланхоличнее. Город с тяжелым прошлым и светлым настоящим. Поэтому и от Берлинской биеннале ожидаешь всегда чуть больше, чем от какой-либо еще. И вдруг окунаешься в… пустоту.

Именно в Берлине мне пришло в голову осознание того, как хорошо мы умеем говорить о никчемных вещах. Мы берем объект или факт, не обладающий смыслом, переосмысливаем его часами, даем ему название, окружаем мистикой. И нам кажется, что он наполнен смыслом, потому что мы научились о нем говорить. Но на самом деле смысла не добавилось! Мы лишь потеряли время, обманули себя и окружающих, создали иллюзию собственной важности.

Восьмая берлинская биеннале — триумф отсутствия смысла. В час, когда мир корчится в спазмах революций, куратор Хуан А. Гайтан заявляет: «Политическая целесообразность не является функцией искусства, искусство стремится создать контр-изображение, которое способно отделить правду от власти». Его тема — Берлин как город, который отрекся от XX века через архитектурную трансформацию, пример, принадлежащий более глобальной тенденции социально-урбанистического перехода в XXI век.

Хорошо, я вижу ряды витрин, инсталляции, объекты… Дайте мне контр-образ!

Экспозиция в здании Кунстверк (KW Institute for Contemporary Art)

Photo: Uwe Walter, Anders Sune Berg

Понятно, что Гайтан сознательно делает шаг, кардинально противоположный работе Артура Жмиевского на предыдущей биеннале (2012), который выбрал другую крайность — ушел так далеко в политику, что эстетическая составляющая проекта потеряла смысл. Биеннале Жмиевского хоть и была разочарованием, но по крайней мере была целостна концептуально, отражала текущую ситуацию и скорбь мира, кричала о переменах, призывала к действию. Такой был момент… Здесь же, Гайтан и его артистическая команда: Тарек Атой, Наташа Гинвала, Каталина Лозано, Мариана Мингула, Олаф Николай и Ян Во — сказали слишком много, но фактически не сказали ничего.

Выставка располагается на трех площадках: стандартном для Берлинской биеннале здании Кунстверк (KW), а также в более периферийных Этнографическом Музее в Далеме и бывшем частном особняке Хайз Ам Зее. Чувствуется влияние недавних международных выставок-гигантов. От Documenta XIII (Каролин Кристоф-Бакарджиев, 2012), увлекательной, насыщенной историческими фактами, глубокой с философской точки зрения, и в тоже время фантастической, как книга Умберто Эко, взята структура: Музей в Далеме и Хайз ам Зее, не стандартные для Берлинской биеннале, обладающие собственными историями и характерами. При этом Хайз ам Зее — отправная точка Берлинской биеннале и копия «Мозга» Документы. В остальном биеннале Гайтана напомнила 55-ю Веницианскую Биеннале (Максимилиано Джиони, 2013) — сухую, консервативную, основанную на исследовательском интересе куратора, монохромную, затопляющую информацией, утомляющую, как настоящая пыльная Энциклопедия.

Экспозиции в Этнографическом музее Далема

Photo: Anders Sune Berg

Тем не менее, в этой нейтральной и безучастной истории необходимо выделить две жемчужины. В KW это работа Джульеты Оранды «Украсть собственный труп…» (Stealing one’s own corpse…, 2014) — силки, удочки, сети, капканы, разложенные на ярко синем ковре, в сочетании с ярко зеленой стеной и видеоскетчами о невесомости и актуальной теме колонизации Марса. Аранда создала новое пространство, через которое символически привела нас в мир наших амбиций, указав на их абсурдность. В Далеме вторая яркая работа – это фильм Карлоса Аморалеса «Человек, который делал все, что запрещено» (The Man Who Did All Things Forbidden, 2014), который развенвчивает миф о пагубности протеста против консервативных привычек и обычаев традиционной кульуры.

В остальном в Берлине представлена концептуально и визуально больнично-стерильная экспозиция — предельно институциональная, с типичными просторными белыми залами, витринами, поблескивающими стеклами рам. Как, например, довольно абстрактный исследовательский проект Ирэн Копельман «О подобии и различиях» (The Exact Opposite of Distance, 2012) в большом зале KW. Без капли эмоций: без сострадания, боли, злости, радости, страха, смеха, слез, любви, ненависти. Если мы будем продолжать в таком духе, мы сами уничтожим наш чудесный мир, мы убьем искусство, отравим его безмолвием.

Печально покидать Берлин в разочаровании, но провал — тоже результат со своими последствиями. Для меня 8-я Берлинская биеннале остро поставила вопрос о необходимости написания новой главы в истории искусства.

Экспозиция в Хайз Ам Зее (Haus am Waldsee)

Photo: Anders Sune Berg

Добавить комментарий

Новости

+
+

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.