#Открытия недели

20–26 ноября

309        0        FB 0      VK 1

Авторы aroundart.org делятся впечатлениями о событиях прошедшей недели:

Дмитрий Венков. «Октябрьский переворот»



3.11.2017 – 21.01.2018
ЦСИ «Винзавод»
Москва
309      FB 0   VK 1 

Текст: Мария Сарычева,
Борис Клюшников.
Фото:ЦСИ «Винзавод»

Мария Сарычева:

Моя подруга Анна из Чехии была одержима идеей октябрьской революции. О том, что она приедет в Москву в ноябре, мы договорились еще в марте. Я совершенно не разделяла ее энтузиазма – я знала, что каждая культурная институция не преминет поговорить с нами об октябрьской революции и о роли личности в истории. За неделю пребывания подруги в Москве мы посмотрели все возможные выставки о революции. После всего этого почему-то не отпускало странное ощущение, что политические реалии октября семнадцатого были намного радостнее политических реалий октября две тысячи семнадцатого года: революция была впереди.

Выставка Дмитрия Венкова «Октябрьский переворот» — это очередная выставка из цикла Винзавода «Прощание с вечной молодостью», цель которой отправить young artists в категорию established. Как по мне, так все участники цикла уже давно находятся за пределами категории young, а некоторые уже давно за пределами established. Выставка объединяет три видео и серию фотографий и исследует переворот как художественный метод. Поставить с ног на голову звезду, перевернуть отношения внутри группы людей, вовлеченных в дискуссию по поводу сноса памятника Ленина, — в этом буквальном понимании переворота есть что-то непреодолимо милое. Но видео «Гимны Московии», сделанное в соавторстве с композитором Александром Маноцковым, это нечто большее, чем виды перевернутой Москвы под проигранный в обратном порядке гимн СССР. Я не могу избавиться от мысли, что видео содержит в себе гипнотически успокаивающий потенциал, ну знаешь, такого рода, что с помощью него хочется заряжать воду, или просыпаться и засыпать возле него. Достигается ли этот магнетизм высокобюджетными съемками архитектуры Москвы, восхищаться которой кажется возможно только с высоты («лучший вид на этот город, если сесть в бомбардировщик»), или отсутствием человеческих следов внутри видео, непонятно. Мне понятно только то, что революция — это другая планета, где нас нет.

Борис Клюшников:

Конечно, формат критического освещения событий не позволяет достаточно глубоко проанализировать выставку Дмитрия Венкова, поэтому я вижу свою цель в том, чтобы обосновать необходимость этого анализа, к которому и хочу пригласить возможного зрителя. Во-первых, эта выставка интересна тем, что Венкову удается создавать открытое пространство для интерпретации, которое при этом остается исторически конкретным. Приведу лишь один пример. Выставка открывается видеоработой, в которой люди сосредоточенно собирают паззл Розетского Камня. Обычно эту «игрушку» дарят как сувенирную шутку, потому как его совершенно невозможно собрать. И тем не менее мы видим людей, которые замирают в раздумьях, пытаясь соединить неведомые фрагменты древних языков. Мы хорошо знакомы с постмодернистской теорией произведения искусства, которая мыслится через понятие «свободной игры» (free play) интерпретаций. Однако у Дмитрия Венкова эта концепция произведения переворачивается — свободная игра оказывается тяжелой задачей «зависания». Эта работа показывает «серьезность» игры и «тревожность» сувенира. Искусство — открытая игра, доступная в музейном мерчендайзинге, но в данном случае она полностью меняет отношение — от иронии к зависанию, подвешенности смыслов игры. Искусство — это игра, правила которой мы должны прояснять сами, коллективно договариваясь о мере их применимости. Я думаю, что «эстетический Puzzlement» — хороший концепт, позволяющий описать то, как устроена эта выставка. В разных ее частях мы находим внутри обыденных пространств свободу интерпретации, которая нас странным образом не «раскрепощает к фантазии», а наоборот, ставит серьезную задачу игры. Пожалуй, это ближе всего к рансьеровскому «подвешиванию», упраздняющему поверхностное представление о модернизме и постмодернизме. Формальный прием «переворота» — по сути, модернистский, в этой выставке служит не формальным, а смысловым и историческим задачам — раскрывает образ тревожной цифровой современности, где художник приостанавливает скорости, чтобы мы могли задаться вопросом о возможностях жить и выживать в современной Москве.

Другой очень интересный момент заключается в трансформации диалектического противоречия средствами экспозиции. Например, советские песни представлены нам как текст, очищенный от автоматического грува поп-музыки, что позволяет думать об их идеологическом смысле. При этом гимн СССР и России, в котором важнее всего слова перекодирован в нечеловеческий еле различимый шум, утративший историческую связь и предстающий как чувственное сенсорное переживание. Я думаю, что противопоставления такого рода, благодаря подвешиванию интерпретации избегают банального тотализирующего снятия и, несмотря на то, что выставка выстраивается цельно, каждая ее часть обладает странной нерешенностью и несводимостью по отношению к целому. Цельность в данном случае удерживает чувственную и смысловую расколотость, создавая интересный художественный прецедент «диалектики без снятия». В этом заключается важная роль кураторской работы Кирилла Преображенского, с которым художник находится в диалоге. Однако, влияние Преображенского не подавляет язык Дмитрия Венкова — я тоже вижу в этом важнейший фактор. Художник вступает в диалог с московским концептуализмом, с практиками Преображенского, но трансформирует их таким образом, что в его работах раскрывается контекст, важный для современной ситуации 2010-х годов — для современного отношения к городу и цифровому образу с их тревожными противоречиями и задачами для жителей. На мой взгляд, это один из интереснейших персональных проектов, который демонстрирует возможности совместной работы художника и куратора. Эту выставку нужно смотреть именно как высказывание, а не просто ретроспективный сборник работ. Она не просто демонстрирует отдельные работы — ей удается прояснить и проблематизировать само отношение художника к искусству и его роли в современной российской ситуации.

«Decades». Андрей Богуш и Богдан Абложный


9.11.2017–19.11.2017
Галерея Osnova
Москва
309      FB 0   VK 1 

Текст: Максим АфанасьевФото: Галерея «Osnova»

В галерее OSNOVA открылась совместная выставка Богдана Абложного и Андрея Богуша. Будучи студентами европейских школ Штедельшуле (Франкфурт-на-Майне, Абложный) и Финской академии изящных искусств (Хельсинки, Богуш) в выставке «Decades» художники обращаются к широкому спектру тем и нарративов, локализованных в переживании политических травм современности. Человеческие судьбы, объекты и юридические аспекты их бытования нанесены на координатную плоскость, которая сообщает нам послание о социальной хрупкости.

Выставку предваряет эссе, в ткань которого вплетено тревожное ощущение городского пространства как места боевых действий, возникающих как ответ на репрессивность государственного аппарата. Двухуровневое пространство галереи занимают флаги-баннеры, фотографии, объекты, коллажи и живопись. Повествование не предполагает линейного прочтения, а функционирует децентрализованно, точки на плоскости постепенно складываются в кривую линию, открывающую темпоральное измерение выставки.

У входа расположены два флага-баннера с текстами, один из которых представляет собой «f-шкалу» Адорно — тест, предназначенный для определения авторитарной личности. Текст на другом полотне стилистически является продолжением вступительного. Абложный обращается к теме консервативного поворота в обществе, используя коллажи из схем, цитат и рисунков. Крупноформатные фотографии Богуша фиксируют человеческие тела, застывшие в неудобных позах. На фотографии слева от f-шкалы неестественное положение ног модели складывается в символ, явно напоминающий свастику.

Справа от флагов-баннеров висит анонимный фоторобот убийцы. Абложный подвергает изображение многократному механическому репродуцированию, таким образом оспаривая символический статус изображения. Другой объект Абложного — медицинский мешок для забора крови, наполненный черной жидкостью — синтезом запрещенных государством веществ: химических реагентов, красителей и наркотиков. Два других мешка художник выслал почтой на адрес собственной студии в Германии и дружественного фонда современного искусства в США.

Процессуальность, «нелегальный» статус, социальная незащищенность, состояние тревоги при столкновении с тоталитарной логикой государства в совокупности образуют мрачные реалии эмигрантского опыта. Эта мысль находит продолжение в рисунке, выполненном на стене верхнего уровня галереи. Рисунок авторства Богуша — три улыбчивые гримасы и две открытые ладони — в реальности выставки исполнен Абложным. Ситуация обусловлена невозможностью возвращения первого в Россию.

Богуш добавляет в пространство верхнего уровня два ковра с цифровым узором, визуально рифмующиеся с коллажем на стене. Занавес скрывает за собой монолитную бетонную стену, фиксируя чувство безвыходного социального отчуждения.

Название выставки невольно отсылает нас к десятилетию, прошедшему с момента крупнейшего международного экономического кризиса и открывшему новые перспективы для развития неолиберальной доктрины. Следуя экспозиционной логике, мы погружаемся в декаду политической агрессии и социальной уязвимости в пространстве, где выхолощенная эстетика пост-интернета органично сочетается с аналитическим прочтением современного номадизма и критическим осмыслением новейшей истории.

«Роман Сергеевич Осминкин: Поэт в фейсбуке больше, чем поэт»


10.11.2017–1.12.2017
ДК Розы
Санкт-Петербург
309      FB 0   VK 1 
Текст и фото: Анастасия Вепрева

Для первой персональной выставки Роман Осминкин собрал в стенах ДК Розы свою литературную личность, Романа Сергеевича Осминкина, которая с момента своего вступления в Союз Писателей Санкт-Петербурга (ровно 10 лет назад) охватила множество междисциплинарных практик: левый активизм, поэтический акционизм, музыкальное исполнительство и академические исследования.

Главная комната в экспозиции включила в себя сразу два полюса, с одной стороны, это своеобразное «идолопоклонничество» поэту — во всю стену нарисован его членский билет и напротив находится стихийный алтарь его достижений, артефактов, по которым можно увидеть спектр личности Осминкина в широком охвате. Это и семейные трусы, в которых по его словам «он вошел в историю русской литературы», и другие сценические костюмы, а также плакаты с выступлений, блокноты, музыкальные диски, статьи, книги, бейджи с конференций, грамоты, личные вещи, рисунки поклонников и фотографии.

С другой стороны, рядом с самопровозглашенным музеем-алтарем, расположился монументальный объект (реплика к фотомонтажу С. Сенькина «VI съезд Профсоюзов», 1925) «летающий поэтарий» — коллаж, созданный из интернет-текстов и лент новостей для того, чтобы показать процесс сборки поэтической личности из окружающей её социально-сетевой действительности. Причем «поэтарий» — это термин, придуманный Осминкиным как образец пролетарского творческого работника, который готов делиться найденными приемами и не прятать их внутри себя. В этом коллаже поэтарий улетает со своего слишком приземленного постамента, (который также состоит из текстов, только уже городских) — для того, чтобы остаться в постоянном продуктивном для творчества движении.

В другом зале Осминкин вновь обращается к авангардной традиции, переиначивая плакат Эль Лисицкого «Клином красным бей белых» — в пародийное высказывание: «Сосцом поэзии вскорми искусство», где последнее представляет собой поникший черный квадрат — пакет, к которому обращена нежная грудь поэзии. Здесь, с одной стороны, интересно феминизирована образность исходного плаката, а с другой, заметна некоторая безысходность коммуникации — пакет, в силу природы своей материальности, не способен полноценно пропитаться «молоком поэзии» и вынужден либо отбрасывать его в сторону, либо накапливать внутри себя. Рядом с этой работой, словно бы подтверждая данную гипотезу, расположилось стихотворение, созданное прямо на аутентичном промышленном окне: «Левые/правые/либеральные/аполитичные художники — унылое говно». Это редуцированная цитата из мюзикла Осминкина про современное искусство, в котором именно аполитичные художники, в отличие от прочих, являются не унылым, а самым прекрасным и аполлоническим говном. Дальше идут видео-работы Осминкина — от самых ранних провокативных домашних перформансов, где обнаженный поэт, лежа на полу в образе андрогина вопрошает рефреном «я поэт или сука?», до незаурядных видео-поэтических роликов и клипов, которые Осминкин упорно выкладывал на каналы Youtube и Vimeo на протяжении несколько последних лет. Завершает экспозицию серия наивных рисунков, в которых автор вновь смеется над самим собой и особенно над своим неумением рисовать конвенционально.

Название выставки «Поэт в фейсбуке больше, чем поэт» подводит к основной мысли автора — как множество скрытых алгоритмов соцсетей регулярно пересоздает визуальное пространство френдленты, не важно, хотим мы этого или нет, — так и поэтический субъект, реагируя на окружающий его информационный шум, постоянно находится в процессе собственной пересборки, внося в поле поэзии и искусства даже самые банальные вещи.

«Работа Никогда Не Завершается». Куратор Светлана Усольцева


9.11.2017–21.01.2018
ТМПО
309      FB 0   VK 1 

Текст: Анна ЛитовскихФото: Анна Марченкова

Уральская биеннале, которой все успели восхититься, все никак не закончится: основная площадка закрылась 12 ноября, а в Тюмени до конца января работает специальный проект с пугающим и красноречивым названием «Работа никогда не завершается».

Про Тюмень: городские и областные музеи там недавно стали жертвой всеобщей оптимизации — музей изобразительных искусств и краеведческие музеи объединили в одно большое Тюменское Музейно-Просветительское Объединение, разместив его в жутком, только что отстроенном по проекту 24-летней давности, здании. Оно напоминает офисный замок с башенками, лабиринтами и крепостной стеной. Кажется, кроме этого места и пропагандистского «Россия — моя история» в городе больше сходить некуда. Как раз ТМПО и стал площадкой, принявшей специальный проект биеннале.

Центральной задачей выставки не было создание сайт-специфичного проекта, но обратиться к местному контексту все же хотелось, и, в итоге, куратор Света Усольцева выбрала местный красочный промысел — тюменский ковер, приняв его за точку отсчета и организующий принцип выставки. Распустив по ниткам слои культурных контекстов, Света добротно собрала их вместе заново, уже в пространстве выставки. Условно каждая работа относится к одному из пяти блоков, деликатно сообщающему выставке смысловую структуру. (Кстати, в плане экспозиция похожа на своего рода лабиринт, чем-то тоже напоминающий фрагмент орнамента).

Центральной нитью кураторского замысла становится изображение ковра: от анализа и деконструкции формы к переосмыслению традиций и ритуалов, часто связанных темой поколенческой памяти — тут хорошо вторят друг другу «Вязаник» Леонида Тишкова и уральские шкуры Алисы Горшениной (маркируя еще и преемственность поколений внутри уральского искусства), калейдоскоп детских воспоминаний Вероники Рудьевой-Рязанцевой переходит в менее светлую историю Варвары Кузьминой — ее работа «Erase and Rewind» обращается к связям личной и коллективной памяти через изображения автобусных остановок во Владимирской области — некогда наделенными яркими мозаиками, формировавшими облик места; сегодня мозаики закрашены серой краской в рамках всеобщего благоустройства.

Около половины экспозиции составляют выполненные вручную в традиционных рукодельных техниках объекты. Делая неодобрительный кивок в сторону гендерной окрашенности, которой сегодня до сих пор наделяется ручной труд, куратор продолжает разговор уже про женскую работу и «долю». Работа ТО «Наденька» «С праздником! Всех прав!» (неожиданно показавшаяся некоторым зрителям слишком шокирующей), в которой перечисляются годы обретения женщинами различных прав (и где в конце оставлено место для вопросительных знаков и не принятых еще законов), делит стену с проектом Элизы Беннет, подарившим название и всей выставке — «Работа женщины никогда не завершается». Ручной труд преломляет и по своим законам отмеряет время — уже не в часах и минутах, а стежках, петлях, единицах текстильных изделий. Ухватившись за неравномерность течения времени, выставка довольно скоро выходит от восприятия современности к размышлениям о вечности.

Добавить комментарий

Новости

+
+
13.11.17
19.10.17
16.10.17

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.