#цифровая асфиксия

Навигация за пределами видения. Обзор конференции (часть 2)

151        0        FB 0      VK 1

Вторая часть обзора международной конференции «Навигация за пределами видения», организованной в HKW в апреле этого года журналом e-flux и Институтом Харуна Фароки. 

07.07.19    ТЕКСТ: 

Пределы карты и навигации. Контр-картирование

Вторая панель называлась «Сенсорные контр-картирования» (Sensory Counter-Mapping) и была направлена на обсуждение средств навигации «в области напряжения между технополитической матрицей, геоэкологическими условиями и пределами визуального. Биополитика определяет возможности свободного движения внутри предзаданных границ... Как мы понимаем акт ограничения (кадрирования) если наша субъективность и агентность заключена внутри изображения, и рамка становится горизонтом — границей, наложенной на мир» (цитата из анонса панели).

Модерировал панель со-основатель института Харуна Фароки, искусствовед и куратор Том Холерт (Tom Holert). Во внутренней предварительной рассылке он предлагал обратить особое внимание на слова «сенсорный» и «контр-картирование» в названии панели и конкретизировал свои предварительные вопросы к спикерам: «Было бы интересно еще раз остановиться на разнице между зрением и чувствованием (seen and sensing), и обсудить репрезентации, или точнее представляемость (representability) (визуальную, текстовую, числовую или другую) человеческих и нечеловеческих сенсорных данных. Как новейшие измененения картографических технологий отражают изменение взгляда на природу сенсорного?»

В своей вступительной речи Холерт, ссылаясь на исследователя Елену Вогман, показал рисунок Сергея Эйзенштейна, где был изображен движущийся человек и сделана подпись Ambulatory Art. По названию можно предположить, что Эйзенштейн пытался сформулировать идею движущегося, передвигающегося искусства, либо это относится к особой монтажной динамике образов.

Также Холерт рассказал про Марину Раскову — штурмана первого беспосадочного женского перелета Москва-Дальний Восток, состоявшегося в 1938 году. Будучи штурманом перелета, Раскова практически с самого начала вела самолет в условиях нулевой видимости — исключительно по приборам. При этом, начиная с Урала, отказала рация, и самолет потерял связь с землей. На мемориальной продукции, посвященной перелету, например на почтовых конвертах, Раскова часто изображается с атрибутами аэронавигации: картой с проложенным маршрутом, компасом и другими штурманскими приспособлениями, с помощью которых штурман привязывает показания приборов или другие маркеры к карте, вычисляя свое местоположение. Очевидно, что рассказывая об этом, Холерт использовал исследование американского слависта Роберта Бёрда о фильме Дзиги Вертова «Три героини».

Российская почтовая марка, посвященная Марине Расковой, 2012.

Российская почтовая марка, посвященная Марине Расковой, 2012.

Далее выступал известный куратор и сотрудник Дома Культур Мира (HKW) Ансельм Франке (Anselm Franke). Его имя обычно связывают с рождением жанра выставки-эссе. Доклад Франке назывался «Края навигации» (The edges of Navigation). Центральным моментом в нем стало понятие «иммедиация». Этот неологизм складывается из двух слов медиация и непосредственность, или, скорее, неопосредованность: Immediacy = Mediation + Immediacy. Концепт призван дать описание состоянию, когда субъект чувствует себя медиализированным и в то же время непосредственно телесно локализованным. Например, чувство иммедиации сопутствует нам при движении в реальном пространстве, когда телесная непосредственная навигация постоянно сопровождается проверкой своего местоположения через GPS-навигатор. То есть субъект одновременно мыслит себя медиализированным — как пунсон на карте навигатора — и неопосредованным — как тело, осуществляющее неопосредованное движение в пространстве.

В качестве примеров Ансельм приводил ряд случаев. Например, первый массовый автомобильный навигатор ETAK, появившийся на рынке в 1985 году. Навигатор примечателен тем, что на нем впервые субъект был представлен в качестве пунсона (пунсон — условный знак населенного пункта, используемый на картах — прим. ред.), который во время движения/навигации оставался неподвижным в центре дисплея в отличие от карты вокруг или «под» ним, которая сдвигалась.

Навигатор ETAK, 1985.

Навигатор ETAK, 1985.

Также Франке упоминал рассуждения Делеза о Лоуренсе Аравийском. В них Лоуренс предстает как субъект с высокоразвитым абстрактным мышлением, который проецирует абстрактные идеи на пространство пустыни, разворачивая их через конфигурации телесных действий — своих и арабских, участвующих в Восстании. Восстание оказывается движением идей и народных масс в пустыне, а Лоуренс нуждается в Восстании, чтобы путем проецирования его и своих образов стать писателем. При этом он сам формирует Восстание как проекцию идей, но постоянно преследующее его чувство стыда, как обратная связь от телесных аффектов, указывает на разрыв между миром идей и миром тел. Два эти мира могут развернуться и осуществиться лишь друг через друга в фигуре Восстания. Очевидно, что взаимное переплетение тел и идей в фигуре Восстания аналогично переплетению непосредственности и медиации в концепте иммедиации.

Кроме этого, Ансельм приводил другие примеры иммедиации со своей выставки Нервные системы (Nervous Systems). Но мне особенно запомнилось то, что он указывал на происходящую мэджикализацию (magicalization) этого процесса, а также на феномен порнографии данных (data-porn), когда демонстрация и рассматривание потоков данных становится самодовлеющим, приобретая характер фетиша.

Мой доклад носил название «Метагеография: навигация в пространствах». Я попытался более ясно, чем ранее, объединить разные дискурсы понимания Метагеографии. И представить единую теорию Метагеографии, которая, с одной стороны, смотрела бы на нее как на специфическую традицию критической географии, сложившуюся в советском и пост-советском контексте, а с другой — как на рабочий концепт, который соединяет ландшафт, пространство, мышление и тело в единый исследовательский ассамбляж.

В самом деле, существуют определенные концептуальные трудности при объединении географических моделей или картоидов Бориса Родомана, представляющих собой пример высокого модернизма в географии, и постколониального, постмодернисткого понимания Метагеографии Дмитрием Замятиным как манифестации принципиально различных способов воображения пространства, как утверждение гуманитарной и эпистемологической множественности пространства.

Контекст конференции вывел разговор о картоидах Родомана на уровень разговора о самой процедуре картирования как принципиально важной и базовой особенности человеческого мышления. В этом смысле общей между картоидом, изображающим модель идеального ландшафта, и картоидом, схематизирующим интересы его автора Бориса Родомана, является сама процедура картирования (mapping) как процесс, в первую очередь, ментальный. В этом смысле Метагеография выполняет свою функцию критической рефлексии о самом процессе географизации или расчерчивания, дискретизации, причем не только пространства, а чего угодно.

Но когда картирование обращается на исследователя, как, например, в картоидах «Интересы Б.Б. Родомана» (см. с 59 в каталоге по ссылке) или «Сезонные ритмы в жизни Б.Б. Родомана» (см. стр. 82 по ссылке) картирование становится критическим контр-картированием через процессы диаграмматизации. Суть в том, что картируя самого себя, например, собственные интересы, исследователь делает видимыми некоторые процессы субъективации, действующие в обществе. То есть он проявляет действие властных сил и потоков, которые и формируют субъекта, во многом как случайный ассамбляж. Именно так функционирует диаграмматика, которая делает видимым невидимое.

На эту особенность картоидов Родомана на конференции указал Коджо Эшун (Kodwo Eshun). Он сравнил их с диаграммами Уильяма Дюбуа (W.E.B. DuBois). Визуализируя социальную страту афроамериканцев для Парижской выставки 1900 года, Дюбуа выбрал медиум диаграммы. По сравнению с фотографией, которая показывает свой объект как «природный факт», диаграмма невольно составляет портрет властных потоков, выполняющих субъективацию, осуществляя физиогномику власти. Об этом недавно написал теоретик Александр Вехейлия (Alexander G. Weheliye) в своем тексте «Диаграмматика как физиогномика. Графические модерности Уильяма Дюбуа» (Diagrammatics as Physiognomy: W. E. B. Du Bois’s Graphic Modernities).

Диаграмматика Уильяма Дюбуа (1900) и Бориса Родомана (1978). Сопоставление двух диаграмм: занятость афроамериканцев и белых в штате Джорджия и интересы Б.Б. Родомана

Диаграмматика Уильяма Дюбуа (1900) и Бориса Родомана (1978). Сопоставление двух диаграмм: занятость афроамериканцев и белых в штате Джорджия и интересы Б.Б. Родомана

Эти соображения позволяют рассматривать все этапы российской Метагеографии в единой рамке критической теории, как, с одной стороны, рефлексию процедуры картирования, вплоть до самых глубинных ментальных уровней, а, с другой, как встречные процедуры контр-картирования, в которые активно вовлекается телесность и мышление. Опора на эти, наработанные разными поколениями знания и практики, позволяет нам сегодня понимать Метагеографию как инструмент навигации, «переписывания» и конструирования пространств. Основным манифестационным принципом Метагеографии является понимание того, что изменить пространство или его образ/репрезентацию означает изменить жизнь, и наоборот.

Культур-географ из института Падуи Лаура Ло Прести (Laura Lo Presti) рассказывала о миграционных картах Средиземноморья и том, как эти карты участвуют в некрополитике региона. С одной стороны, они отражают движение тел мигрантов и географию их смертей. С другой — вызывают и управляют новыми потоками миграций согласно анализу содержащейся на них информации. С третьей — становятся инструментами в миграционной политике «убить и дать умереть» (killing and letting die), проводимой Евросоюзом, и объектами манипуляции со стороны официальных властей. С четвертой — инструментами и продуктами контр-картирования со стороны активистов и художников, которые хотят донести до общества всю правду о миграции. Таким образом, карты миграций выступают одновременно как документация, а также как объекты и субъекты некрополитики в Средиземноморском регионе.

Карта смертей, вызванных пограничной политикой Европейского Союза © Olivier Clochard, Migrinter, 2006.

Карта смертей, вызванных пограничной политикой Европейского Союза © Olivier Clochard, Migrinter, 2006.

Лаура Ло Прести показывала много картографических примеров различного происхождения и проводила их анализ. Будучи исследователем картографии, Лаура изучает различные политики современной картографической практики. В частности, создание карт феминистскими и постколониальными субъектами, а также картографические практики в современном искусстве. Мне показался любопытным ее концепт seensing. Этот неологизм образован из двух слов видеть и чувствовать (seeing+sensing) и обозначает взаимопроникновение видения (как наблюдения и интерпретации) с восприятием (как чувствования и непосредственного материального опыта). По утверждению Ло Прести, картографические практики на территории современного искусства часто производятся с помощью seensing, что позволяет критиковать старые эпистемологические оппозиции наподобие «разум/тело» и до сих пор вносит прогрессивную свежесть в трактовку географической карты.

Марианна Сильва (Marianna Silva) из художественно-исследовательского коллектива «Обитатели» (Inhabitants) рассказывала о крайне актуальной проблеме глубоководной добычи полезных ископаемых, показывая выдержки из фильмов Inhabitants. Морские глубины сегодня являются новым фронтиром (границей цивилизации), о котором человечество знает не больше, чем о космосе за пределами Земли. Вплоть до недавнего времени морские глубины были совсем неизвестны человеку, и лишь использование геостационарных спутников и различных глубоководных сенсоров во второй половине XX века позволило составить карту морского дна. Оно оказалось совсем не плоским, как считали 200 лет назад.

В 1978 году океанографы открыли глубоководные геотермальные источники срединно-океанических хребтов («черные курильщики»). Здесь из-под земли при температуре 400 градусов Цельсия извергаются потоки геотермальной воды, насыщенной различными ценными металлами. При этом источники являются местом жизни уникальных экосистем, базирующихся на хемосинтезирующих бактериях — возможно, самыми древними экосистемами на Земле. Несмотря на слабую изученность и огромную потенциальную научную ценность глубоководных экосистем, уже выдаются патенты на глубоководную добычу полезных ископаемых. Этому пытаются противодействовать активисты из различных стран.

Кадр из фильма «Что такое глубоководная добыча полезных ископаемых? Эпизод 2: глубокий фронтир» © Inhabitants

Кадр из фильма «Что такое глубоководная добыча полезных ископаемых? Эпизод 2: глубокий фронтир» © Inhabitants

Новый шаг в развитии экстрактивного капитализма переводит логику производства ресурсных фронтиров на вертикальную ось: направление вглубь является парным к направлению вверх. В то же время, обнаружение на Земле этих как будто совершенно других (alien) по отношению к человеку глубоководных форм жизни, может помочь поставить вопросы о принятых, поддерживаемых колониальное экстрактивное сознание гео-графических и геологических эпистемологиях. А именно, о разделении между биосферой и геосферой, живым и неживым, органическим и неорганическим. То есть поставить под вопрос саму процедуру создания фронтира (frontier-making), столь важную для экстрактивного капитализма на протяжении всего Нового Времени. И «короткое замыкание», производимое глубоководными формами жизни, может сыграть здесь ключевую роль: ведь с одной стороны, они выглядят настолько же чужими нам (alien), как и потенциальные инопланетные формы, а с другой —провозглашаются источником жизни на Земле.

Следующей выступала Дженнифер Габрис (Jennifer Gabrys), которая возглавляет кафедру медиа, культуры и окружающей среды на социологическом факультете Кембриджского университета. Дженифер исследует и разрабатывает проекты по использованию сенсорных технологий в процессе описания разнообразных планетарных параметров. В частности, она основатель проекта Citizen Sense и автор книги «Программа Земля» (Program Earth: Environmental sensing technology and the making of the computational planet). На конференции Габрис рассказывала о глобальной океанографической программе «Арго» (Argo).

С 2000 года тысячи специальных океанографических буев/поплавков Арго дрейфуют по мировому океану и собирают данные. Показатели температуры воды и солености помогают выстраивать модели изменения климата, а траектории движения поплавков — модели океанических течений. Кроме того, поплавки обеспечивают исследователей информацией о местах скопления мусора в океане.

Международная океанографическая программа Арго (Argo). Карта распространения поплавков  Арго на 27 Апреля 2019 и схема, объясняющая функционирование флотилии поплавков © Argo, Denis Gilbert, Department of Fisheries and Oceans Canada (DFO).

Международная океанографическая программа Арго (Argo). Карта распространения поплавков Арго на 27 Апреля 2019 и схема, объясняющая функционирование флотилии поплавков © Argo, Denis Gilbert, Department of Fisheries and Oceans Canada (DFO).

Согласно Габрис, коммуникационные и навигационные системы подобные Арго, состоящей из флотилии поплавков и спутников, позволяют, вслед за Харуном Фароки, поставить вопрос «Где кончается этот мир?». В своем фильме Parallel II Фароки размышлял о том, как устроены миры компьютерных игр. Он полагал, что они часто напоминают собой до-эллинистические концепции мира, принимая форму дисков, плавающих во Вселенной. Эти миры имеют перед и задник, подобно театральной сцене, и границу, которую персонажам не позволено пересекать. При этом чаще всего ее можно обнаружить, столкнувшись с непреодолимым препятствием, а в определенных местах некоторых игр за нее можно провалиться, оказавшись, подобно астронавту, в непонятном непроходимом пространстве.

Сенсорные и навигационные технологии, подобные системе Арго, дают возможность обозначить, нащупать конец карты и конец этого мира, подобно пределам игровых миров. При этом наше восприятие этих границ медиализировано различными технологическими системами, которые по-разному расчерчивают пространство, создают разные его модели, что позволяет говорить о техно-онтологиях.

Добавить комментарий

Новости

+
+
21.07.19
01.07.19
24.06.19
17.06.19
02.04.19

Загрузить еще

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.